НОВОСИБИРСК в фотозагадках. Краеведческий форум - история Новосибирска, его настоящее и будущее

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Магалиф Юрий Михайлович

Сообщений 1 страница 17 из 17

1

.

увеличить

0

2

...Как быстро город обновился! Парки
Обширно распростерлись. А дома —
Те жалкие бараки-перестарки,
Где в комнатах сырая полутьма —
Совсем исчезли... Все же, как вкрапленья,
Их следовало бы сохранить — затем,
Чтоб этой жизни видоизмененья
Еще наглядней становились всем.
Когда откажемся от бомб и пушек,
Хранителям музейной старины
Где будет взять хоть пару «засыпушек» —
Подслеповатых спутников войны?
И нам уже вовеки не услышать
Поскрипывание ставней по утрам,
И дробь дождя по деревянным крышам
Апрельской ночью не услышать нам.
...На «Нерчинских», «Обдорских», «Енисейских» —
Где пыльная акация цвела,
— В надеждах то вселенских, то в житейских —
Там наша юность слезы пролила.

Вода  плыла на темном коромысле;
Чуть колыхалось стылое ведро.
И пресекались радужные мысли
Скупыми сводками Информбюро.
Сначала скромно, а потом бесстыдно
Мы по утрам толпились на толчке,
И хлебушко — такой, что  еле видно,-
Несли домой в застиранном платке.
Пообносилась и пообвалилась
На окнах деревянная резьба.
И скудно-скудно, нехотя дымилась
Над баней коммунальная труба.
Завязывались чахленькие скверы
Средь бедности суглинков и песков.
И редкие тогда пенсионеры
Гуляли между редких топольков.
А на вокзале шумном, у вагонов —
Крик, суета, смешенье языков
... Ах, грохот проходящих эшелонов!
И фронтовая боль аккордеонов,
И смрадный дух эвакопоездов.
.. Так нашу юность била и давила
Далекая, но близкая война...
Мне ничего в том городе не мило,
О нем и память даже не нужна!
Но память — эта странная особа,
Гони иль не гони ее, живет —
Идет с тобою рядышком до гроба
И улицами тихими ведет.

Знаток,  ценитель разных европейских
Затей урбанистических, ты вдруг
На  «Нерчинскнх», «Бурлинских», «Енисейских»
Нелепо озираешься вокруг:
И видишь — зданья, словно изваянья
Высоких замыслов спокойных лет;
Читаешь улиц старые названья,
А улиц-то как будто бы и нет,—
Тут площади, аллеи и бульвары,
Дома стоят и вдоль, и поперек...
И где-то в небесах гремят гитары,
И юность свой растягивает срок.
С высоких лоджий, свесившись по пояс,
Поет бесстрашно юность про войну —
Про Сталинград, про санитарный поезд,
Пpo черных похоронок белизну...

И я могу про это!
Но куда же?..
Не попаду в гитарный сложный ход...
Как быстро город обновился!
Даже И  песни он по-новому поет,—
Былые наши песни...

0

3

ЮРИЙ МАГАЛИФ
:rain:

0

4

Самая известная книга.

увеличить

0

5

Точно-точно.
Все — молодцы!  :flag:

0

6

http://s2.uploads.ru/t/cW5T6.jpg
http://s3.uploads.ru/t/84tT3.jpg
http://i9.pixs.ru/thumbs/2/5/9/oteciyriym_6594469_22109259.jpg
Всем день добрый! Как и обещал, размещаю фото. Справа мой отец, Александр Николаевич, слева Юрий Михайлович. Кардиология 34-й больницы. Дата съемки 18.06.2000 г. Вероятно, одно из последних фото.

Отредактировано АндрейКА (27-05-2016 22:12:16)

+1

7

В каком музее можно увидеть сегодня книги Юрия Магалифа и почему??

http://s3.uploads.ru/t/e1TkE.jpg
http://s2.uploads.ru/t/LrANt.jpg

0

8

ЕЩЕ фото :)

http://s3.uploads.ru/t/7qpeQ.jpg

0

9

Tala Dok написал(а):

В каком музее можно увидеть сегодня книги Юрия Магалифа и почему??

Я думаю, в Музее Новосибирской книги, что на улице Ленина. Потому что Новосибирская книга http://novosib.bbpack.ru/uploads/000a/1b/4d/726-1.gif

0

10

Еще наводящее фото :)

http://s3.uploads.ru/t/iOD6R.jpg

0

11

Где-то у нас уже были фото от Талы из этого музея :-)

0

12

Olga написал(а):

Где-то у нас уже были фото от Талы из этого музея :-)

Точно. Были! Есть... Просто я регулярно его посещаю!
И нахожу что то новое  :whistle:

0

13

Будучи профессиональным актером, Юрий Магалиф устроился в Новосибирскую филармонию, где впоследствии отработал 24 года, параллельно работая лектором-музыковедом на радио. Кроме того, ему довелось поработать в Ленинградской, Хабаровской и Кемеровской филармониях, поскольку он часто гастролировал. В репертуаре актера-чтеца было около тысячи творений отечественной и мировой прозы и поэзии, что являлось феноменальным показателем. Юрий Магалиф выступал с трехчасовыми концертами и практически наизусть знал многие произведения Гоголя, Толстого, Пастернака, Блока, О’Генри, Гарсиа Лорки и Фадеева. В течение одной командировки Юрий Магалиф проводил 70 и более концертов, постепенно объездив всю страну. Этот жизненный опыт и стал основой его становления как писателя и поэта.

Писательскую деятельность Юрий Магалиф начал в Новосибирске, где в 1957 г. стал печататься в детском альманахе «Золотые искорки». Первым опубликованным им произведением стал очерк «Героическая профессия», чуть позже в сборнике «Сибирская новь» был издан очерк «Примета времени». Первой серьезной литературной работой автора стала сказка для детей «Приключения Жакони», повествовавшая о космических похождениях игрушечной обезьянки. Она была издана в Новосибирском книжном издательстве 21 февраля 1958 г. и сразу приобрела популярность среди маленьких читателей. История была переведена на несколько европейских языков, выдержала множество театральных и радиопостановок. Эта книга принесла автору широкую известность и только при его жизни четырежды переиздавалась в Новосибирске, а ее переводы увидели свет в Болгарии, Польше, Югославии и Венгрии. Первую книгу рассказов для взрослых Юрий Магалиф опубликовал в том же, 1958 г. В сборник вошли такие рассказы, как «Одолень-трава», «Коля-люлю» и др. Главной темой произведений малой формы стало взаимодействие гражданина с обществом и ответственность каждого за судьбы живущих рядом. Данная проблематика проходит красной нитью через все последующие произведения автора. К поэзии Юрий Магалиф обратился лишь в конце 1970-х. В 1980 г. он публикует публицистическую автобиографическую поэму «Дальняя дистанция». В этом произведении поэт философски осмыслил такие вечные темы, как любовь, дружба, гражданственность и судьба человека. В дальнейшем из-под пера поэта вышли несколько сборников в жанре пейзажной лирики. Эти произведения уже не несли в себе ярко выраженный социально-философский отпечаток, будучи пронизаны легким, светлым и тонким мировосприятием. Всего вышло 6 поэтических сборников автора. В течение своей литературной деятельности Юрий Магалиф в общей сложности выпустил 36 книг из которых 7 – детские. Среди его произведений – пьесы, либретто опер и мюзиклов, повести, очерки, пьесы, стихотворения. Последняя его книга, «Солнечные часы» была опубликована уже после смерти Юрия Магалифа. Многие из них он так и успел опубликовать так, например, случилось с романом, наброски которого он сделал. Автор являлся членом союза писателей СССР и России, в 1995 г. он был удостоен литературной премии им. Н.Г. Гарина-Михайловского.

Закат жизни писатель и поэт провел в санатории «Тогучинский» (Новосибирская область). Здесь регулярно проводились музыкально-литературные вечера с Александрой Пахмутовой и Николаем Добронравовым. Даже в преклонном возрасте Юрий Магалиф продолжал литературную деятельность, а также написал цикл акварельных работ. Он умер в возрасте 83 лет, 28 января, 2001 г.

0

14

http://i64.fastpic.ru/thumb/2014/1005/9c/b75ee2911c2b07cf3e5bf51ef249d29c.jpeg

0

15

http://i67.fastpic.ru/thumb/2015/0920/66/e65cf67930dd972dc230365630319566.jpeg

http://i71.fastpic.ru/thumb/2015/0920/43/ca32804bb1a592417a11fdbe6f066d43.jpeg

http://i67.fastpic.ru/thumb/2015/0920/71/4ac86fee4d555a0ba2e430a865b05c71.jpeg

http://i65.fastpic.ru/thumb/2015/0920/d9/7b0509d262e750333e0b76be36b114d9.jpeg

http://i70.fastpic.ru/thumb/2015/0920/14/02d73e4e85441ce98a537b98e5250614.jpeg

Сказочник и его Муза

Две ссылки для жизнелюбия

Когда в детстве мне попалась книга с котом Котькиным, Жаконей и Кикой на обложке, я выучила ее наизусть. Смеялась и грустила вместе со Славным Дружком Бибишкой, мечтала о говорящем Воронушке, как Катя Карамелькина, искала в школьных кадках разноцветные травинки. Могла ли я представить тогда, что автор, который вставлял свои веселые комментарии в повествование, — это человек, которого не щадила судьба.
— Юрий Михайлович был в двух ссылках, — рассказывает Тамара Магалиф. —  Еще в 1935 году он с мамой был выслан в город Челкар в Казахстане, когда Сталин очищал Ленинград от дворянской «нечисти». Его мама была дворянкой, знала несколько языков, прекрасно играла на рояле… В Казахстане он развозил почту на верблюде. Затем работал в бригаде, которая делала из тростника отхожие места. За это он получал пресные лепешки. Он прожил там год. Затем Сталин сказал, что дети не должны отвечать за ошибки взрослых. И его вернули в Ленинград. А мама осталось. Вообще ее выслали на пять лет. Но когда прошло еще четыре года, она пришла к коменданту лагеря и спросила: «Закончилась ли моя ссылка?» Ей ответили: «К сожалению, ваша ссылка бессрочна». Тогда она взяла кухонный нож и порезала себе вены. Мало кто мог узнать эту некогда красивую, элегантную женщину. Худая, изможденная, с нарывами под мышками… Такая она была в последние годы.
Юрий Магалиф вернулся в Ленинград. Но клеймо сына «врага народа» жгло, не давало жить. В театральный институт на Моховой он поступил нелегально, об этом не знал даже ректор. Но документ об образовании после трех лет вдохновенного погружения в актерскую профессию ему так и не дали.
А затем грянула вторая ссылка — в наш город. Об этом просто, без изысков, но ошеломляюще сильно  написано в книге «Мой Новосибирск». Юрий Магалиф находился в Центральном лагпункте, который располагался на месте нынешней улицы Учительской, там, где ныне стоят дома 17 и 19. Политические заключенные, в числе которых был и Юрий Михайлович, строили жилмассив, затем — сооружали аэродром для завода имени Чкалова.
— Он освободился из лагеря досрочно, в 1946 году — за «хорошее поведение», — продолжает Тамара Федоровна. — И по великой случайности оказался в Новосибирске. Ему нельзя было жить в 136 городах нашей страны, в том числе и нашем городе. Тем не менее, он остался здесь. В этом же году он поступил на работу в филармонию и очень быстро завоевал популярность. На его концерты шли люди, чтобы послушать Блока, Ахматову, Есенина, Пастернака, других поэтов. В его репертуаре была не только поэзия, но и проза. Он мог читать наизусть в течение 2-3 часов. Конечно же, все это достигалось тренировками. Перед выступлением на радио он с утра открывал книжку со скороговорками. И слушать его было одно удовольствие. Не знаю, чем это было вызвано. Теплотой какой-то, душевностью. Те, кто знал его программы «Между прошедшим и грядущим», «Слуховое окно», где он читал рассказы, истории из своей жизни, не могли оторваться от радио…

Февральская встреча

Прокрутим несколько десятков лет из жизни Юрия Михайловича — и остановим пленку там, где тогда уже известный сказочник, актер и поэт на склоне лет приехал в Тогучинский санаторий. Это был 1996 год. В 1995 году ушла из жизни Ирина Николаевна, первая жена Магалифа, которой он очень дорожил. После утраты пошатнулось здоровье. И Магалиф надолго обосновался в Тогучине…
— В местной библиотеке я отработала 15 лет, — на мою просьбу рассказать немного о себе отвечает Тамара Магалиф. — Мама — биолог в школе. Папа преподавал рисование и черчение, в свое время работал и зав. отделом культуры Тогучинского района, и директором ДК. Вообще он очень творческий человек: и фотографией занимается, и рисует хорошо, и делает кашпо, корзины и другие интересные вещи из лозы. Старшая сестра — музыкант по профессии. Младший брат в Москве: он оперный певец, бас, заслуженный артист России Владимир Огнев. А с Юрием Михайловичем я познакомилась в своей библиотеке. Когда он приехал к нам в санаторий, я очень удивилась, что это и есть тот самый детский сказочник, которого я знала по книгам. Юрий Михайлович зашел в библиотеку за периодикой. Он всегда интересовался новостями. И я ему чем-то понравилась... Помню, через несколько дней после первого визита в библиотеку он пришел с диктофоном. И говорит: «Садитесь-ка, вы что-то сейчас услышите». Для меня это было очень неожиданно. Я села, распахнула глаза. А он мне поднес к уху диктофон — а там его голос:

«Сидеть с вами рядом,
В глаза вам глядеть,
И в старых стихах заблудиться.
Замерзшие пальцы
Дыханьем согреть.
Неужто все это мне снится?..»

— Когда Юрий Михайлович познакомился с нашей семьей, ему казалось, что он всю жизнь нас знал. Мама с папой только рады были, что Юрий Михайлович вошел в нашу семью. И он — тоже. Маму мою очень любил. Открывал дверь и сразу бросался обниматься со словами: «Где моя любимая теща?» Мы друг к другу не приспосабливались, настолько друг друга хорошо понимали, что старались доставить максимум радости. Юрий Михайлович готовил что-нибудь вкусненькое… Покупал моей дочке Аленке платья, туфли — и всегда в размер, всегда угадывал. Если мне надо было куда-то рано подниматься, с утра играл вальс Шопена. Его любимый композитор Шопен — вместо будильника, — с теплой грустью улыбается Тамара Федоровна. — Я шла в ванную — она уже была нагрета. Я шла на кухню — там уже дожидалась овсяная кашка. Или, бывало, он вставал утром, когда я еще спала, и на колени передо мной становился. И говорил мне всякие-всякие хорошие слова. На русском, на французском, на польском. А по вечерам мы зажигали свечи в красивых подсвечниках и читали стихи. Он — мне, я — ему. Мы с ним жили легко, весело, несмотря на то, что были в жизни передряги. Болезни, что-то еще. Но он умел все это преодолевать. Нам с ним было действительно хорошо, свободно, легко, весело. Мы чувствовали себя очень счастливыми — и защищенными.

Улица Магалифа

Юрий Михайлович до конца своих дней оставался интересным человеком: ясная память, живая речь, отличное чувство юмора… Он выступал перед ребятишками, взрослыми. Его часто приглашали в школы, детские дома.
— Последние пять лет его жизни мы находились в Тогучине. В санатории каждые 20 дней был новый заезд. И Юрий Михайлович выступал перед отдыхающими со своими литературными концертами. Ему был 81 год, началась одышка, сердечко побаливало. Он шел с палочкой, а я спрашивала: «Может, все же вернуться?» Но стоило ему выйти на сцену — и куда что исчезало?! «А ты говорила — вернуться. Посмотри, как хорошо я себя чувствую!» Это энергия, которую и он излучал, энергия, которую дарили зрители, продлевала ему жизнь.
Он ушел — как и хотел — быстро и тихо. Попал в областную больницу, а через несколько дней умер. Тамара Федоровна до сих пор не желает в это верить:
— Знаете, есть такие люди, про которых не хочется думать, что их никогда уже не будет. Может, потому что я живу здесь, в его квартире. С его книгами. С его мебелью. Все это меня окружает. И мне от этого легче, спокойней. Мне не хочется рыдать, плакать. Мне хочется радоваться, что был такой человек, — слово «был» вдова писателя проговаривает почти не слышно, зато делает ударение на словосочетании «такой человек». — Память о нем жива. Дети его читают. Многие взрослые очень хорошо про него думают, вспоминают. И все это меня согревает.
Тамара Магалиф была счастлива, когда узнала, что в Кировском районе библиотеке семейного чтения было присвоено имя Магалифа. Ведь Юрий Михайлович был «семейным» писателем. Помимо детских сказок он сочинял незамысловатые и лучистые стихи для взрослых. Один из поэтических сборников — «Зимний лес», который вышел 1997 году, он подписал так: «Моей дорогой и любимой жене Тамаре, без которой не было и половины этой книги».
Сейчас Тамара Федоровна пишет книгу воспоминаний о Юрии Михайловиче и мечтает, что когда-нибудь в городе появится улица Магалифа и его музей. Туда обязательно попадет и стол, и пейзажи сказочника, и его резьба по дереву. И, конечно же, обезьянка Жаконя, которую сшила мама его первой жены Ирины Николаевны, когда той был годик. Ныне 95-летней тряпичной игрушке суждено было пережить сказочника. Как и книгам, из которых он смотрит на нынешних второклассников открытыми глазами ребенка.

Ирина ТИМОФЕЕВА.
Фото Ивана МАЗУРЕНКО и из архива семьи Магалиф.

«Вначале, в первые военные месяцы, нас кормили плохо… Нет, не плохо — нас кормили омерзительно и унизительно: пустая несоленая баланда, в которой в лучшем случае плавала косточка от вонючей наваги; жидкая, как слизь, каша из какого-то неведомого «магара» — вот и весь обед… И в наступление пошел смертельный авитаминоз — жуткая болезнь «пеллагра», косившая тысячи людей.
Зимой я работал санитаром в лагерном госпитале. Зловещее памятное совпадение: 12 января 1942 года в осажденном Ленинграде скончался от голода мой отец, и в эту же самую бесконечную ночь в Новосибирске — только в моем больничном бараке — погибло от пеллагры двести сорок человек! А таких бараков у нас было четыре…»
(Из воспоминаний Юрия Магалифа о ссылке, опубликованных в книге «Мой Новосибирск».)

ВРЕЗКА Сегодня, 8 февраля, у Юрия и Тамары Магалиф была бы круглая дата — 10 лет с момента бракосочетания. Юрий Михайлович был на 41 год старше ее, но протянувшаяся между ними ниточка любви стала самым веским доказательством для скептиков.

+4

16

Я была на творческой встрече Юрия Магалифа с читателями во Дворце пионеров. Он был удивительным рассказчиком.

0

17

Нашла статью семилетней давности к 90-летию Юрия Михайловича с выставки в областном архиве

--

Отредактировано Марина Шабанова (04-07-2018 00:40:28)

+2