НОВОСИБИРСК в фотозагадках. Краеведческий форум - история Новосибирска, его настоящее и будущее

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » НОВОСИБИРСК в фотозагадках. Краеведческий форум - история Новосибирска, его настоящее и будущее » Новониколаевск » Концентрационный лагерь военнопленных в Ново-Николаевске (1-я Мировая)


Концентрационный лагерь военнопленных в Ново-Николаевске (1-я Мировая)

Сообщений 151 страница 182 из 182

151

secretlass написал(а):

Такие грани жизни открываются, никогда бы не подумала)

Осталось только понять зачем это всё знать, вот с этим проблеммка... )))
Ну, не знаю, может кому-то пригодится. )))

Я с венгерской библиотеки скачал тот двухтомник, о котором говорил выше. Платный доступ на сутки закончился у меня.
Там книги полностью скачать нельзя, только фрагментами по  50 листов. Я накачал этих фрагментов, и сшил целиком два тома.
Положу на Яндекс-диск ниже.
Оригинальное название файла текстом писать не буду, чтобы в интернете не индексировалось, дабы не лишать ту библиотеку денег европейцев...
Оригинальное название на венгерском подпишу на картинке ниже.
Говорю заранее, что России посвящён второй том, так что в первом томе другие места, да и фоток меньше раза в два в первом томе.
Так что первый том можно и не качать (и второй тоже не обязательно...)))

Вообще, там ещё с десяток окололагерных фоток и рисунков Ново-Николаевских, но они не всегда подписаны, что именно изображён Ново-Николаевск, да ещё и раскиданы по всей книге.
Чаще всего фотал фотограф Farkas H., но и не только он.
И рисунки художника в Ново-Николавеске от Baja B..
Как пример - мыльная фотка без указания Ново-Николаевска.
Это ведь Ново-Николаевск, я не ошибся???)))

https://i.ibb.co/CBrSYm3/5.jpg

Вступление второго тома (перевод):

https://i.ibb.co/4fNs2q3/image.jpg

К ЧИТАТЕЛЮ!

Том II "ИСТОРИИ ВЕНГЕРСКИХ ВОЕННОПЛЕННЫХ" описывает исключительно судьбы венгерских солдат, попавших в плен в России.
Выстроенная в хронологическом порядке душераздирающая история коллективной жизни массы военнопленных разворачивается перед читателем, давая обобщенное, единое и достоверное описание происшедшего. Для того, чтобы читатель на личном опыте понял причины и обстоятельства этой невиданной массовой трагедии, время от времени мы иллюстрируем события оригинальными, теперь уже историческими дневниковыми записями и описаниями, представляющими художественную ценность.
Источники оригинальных документов и данных, составляющих достоверную историческую основу произведения, так как обычное их перечисление значительно сузило бы ограниченный объем произведения, лишь везде публикуются в надлежащем месте.
Ввиду их принципиальной важности упомянем также отдельно: соответствующие материалы из военных архивов, отчеты венгерских, австрийских, немецких, датских, шведских, швейцарских, американских и международных организаций Красного Креста, отчеты Американской всемирной ассоциации Молодежь Красного Креста (Y.M.C.A.), наши собственные и немецкие отчеты медсестер, присылаемых обществами Красного Креста для посещения заключенных, а также ежемесячные сводные отчеты и выписки бывшего Центрального управления цензуры.
Последняя имеет ценность несравненно интересного и уникального исследования массовой психологии и проливает свет на духовную жизнь миллионов людей.
Невозможно было написать работу, охватывающую мельчайшие детали, даже по природе дела.
Число заключенных превышает миллион. Сотни тысяч почти целое десятилетие томились в бескрайней империи, охватывающей одну шестую часть земли и пережившие самую большую и кровавую революцию и гражданскую войну в мировой истории, события, преследовавшие друг друга в кровавом хаосе, до сих пор не проработаны вполне заслуживающим доверия образом.
Хотя нам удалось учесть только самые важные из собранных объемных данных, была обработана такая большая и сложная масса событий, что возможны ошибки. Будем признательны, если читатель сообщит нам важные замечания такого рода, чтобы мы могли учесть их при дальнейшей работе.
Фотографии, картины, рисунки и т.д., опубликованные в работе. по этому поводу они будут впервые обнародованы благодаря бывшим военнопленным и сослуживцам, создавшим, сохранившим и привезшим домой эти красноречивые, ныне исторически ценные воспоминания о русских военнопленных в чрезвычайно трудных, авантюрных и часто даже опасные для жизни состояния.
Мы надеемся, что со временем еще много доселе неизвестных воспоминаний будет собрано в мемориальной коллекции Великой Отечественной войны Венгерского национального музея, где, благодаря большому количеству вовлеченных людей, воспоминания о трагедии, которая также знаменательна во всеобщей истории венгерской нации, станет доступной для будущих исследователей и в то же время позволит избежать неизбежной утраты.

Отредактировано VECTOR (23-07-2022 21:20:36)

+2

152

VECTOR написал(а):

Это ведь Ново-Николаевск, я не ошибся???)))

https://i.ibb.co/CBrSYm3/5.jpg

Совершенно в дырочку,восточный фасад  https://forumupload.ru/uploads/000a/1b/4d/725-2.gif

0

153

Так сказать "напоследок", предлагаю отгадать расположение этого "места" из той же архивной подборки, о которой говорилось выше.
Вопрос с определённым "подвохом", но это место очень даже хорошо определяется.

Просьба сильно не обращать внимание на попавшего в кадр персонажа, так получилось...

https://digital.ub.umu.se/node/77683/metadata

https://i.ibb.co/qmg69tw/Gustaf-Hallstr-ms-fotografi-c085.jpg

+2

154

VECTOR написал(а):

Так сказать "напоследок", предлагаю отгадать расположение этого "места" из той же архивной подборки, о которой говорилось выше.

https://digital.ub.umu.se/node/77683/metadata

На этом месте сейчас Оперный. Слева видна городская электростанция.

Отредактировано Ирландец (25-07-2022 21:51:03)

+2

155

Ирландец написал(а):

На ютом месте сейчас Оперный. Слева видна городская электростанция.

Ирландец, благодарю за участие в расшифровке столь важной фотозагадки )).
Вы верно приметили электростанцию, и почти! угадали, но тут был подвох, как я и говорил...

А подвох в том, что фото зеркальное.
Вот правильная его ориентация:

https://i.ibb.co/4Z1pcX7/Gustaf-Hallstr-ms-fotografi-c085.jpg

Теперь станет читаться вывеска, а также можно заметить шарик на крыше южного торца Торгового корпуса.
Так что, это отхожее место было скорее всего где-то на месте Дома Ленина или чуть назад - на месте будущего монумента...

Вот:

https://i.ibb.co/THLMWQV/image.jpg

Отредактировано VECTOR (25-07-2022 00:47:03)

+3

156

VECTOR написал(а):

Так что, это отхожее место было скорее всего где-то на месте Дома Ленина или чуть назад, на месте будущего монумента...

Попробуйте соотнести с этим фото

https://images.vfl.ru/ii/1592845391/c6042b61/30879961_m.jpg

Либо фото не зеркальное, либо здание с другой стороны в районе Тобезеновской и Николаевского (М.Горького и Красного проспекта) или даже на месте будущего Первомайского сквера.

+1

157

Из альбома Генри Х. Гансена (Новониколаевск. 1917-1919г.)

https://images.vfl.ru/ii/1658677769/5604bba7/38503247_m.jpg

Вот ракурс если перевернуть фото

слева торговый корпус, справа труба тэц

+1

158

Палыч написал(а):

Либо фото не зеркальное, либо здание с другой стороны в районе Тобезеновской и Николаевского (М.Горького и Красного проспекта) или даже на месте будущего Первомайского сквера.

Палыч, благодарю за участие, но всё же я думаю, что тут дополнительно мудрить не надо про расположение, так как всё же известно, что фото относится к лагерю, а он был на месте лабазов, так что тут особо без вариантов.
И фото конечно же зеркальное, что видно по надписи вывески магазина. Точнее не фото зеркальное, а просто эту оригинальную стеклянную фотопластинку при сканировании положили не той стороной.

Я это фото использую сейчас для того, чтобы определить левую нижнюю границу лагеря, чтобы нарисовать его план.
А электростанция была выше.
Под цифрами занятые пленными лабазы.

https://i.ibb.co/Z269tKY/image.jpg

Отредактировано VECTOR (25-07-2022 01:07:20)

0

159

"Туалет" = ретирада на 8 очков)) Так в документах по строительству помещений для военнопленных) Явно не один он был.

Есть ещё в документах "план лавки концлагеря, построенной на Базарной площади" - одноэтажный домик, внутри "теплушка" (печку так что ли назвали?), прилавок. В 39 квартале базарной площади. Самого плана площади у меня нет, видела вроде, но не заинтересовал, так что где именно был этот квартал - не знаю.

(Записки у меня в безобразном виде, но хотя бы видно, что участок не крайний.)

https://i.ibb.co/9pqmRcD/IMG-9264.jpg

Отредактировано secretlass (25-07-2022 10:19:43)

+1

160

secretlass написал(а):

ретирада на 8 очков

Так и запишем... как говорица... )

secretlass написал(а):

Явно не один он был.

Ага.
Пардон за контент на фото, но вот ещё один, прям рядом с лабазом № 1: https://digital.ub.umu.se/node/78607/metadata

https://i.ibb.co/p1g1Rrq/0000.jpg

Кстати, выше по теме были фото казарм Военного городка, но только не совсем понятно нашего или нет.
Вроде, как не у нас, получается.
Просто у нас, как я понимаю, не было корпусов с полукруглыми окнами, как на тех фото.
Так что, скорее всего, те фотки относятся к Даурии (как там на подписи к фото) или другому городку.
Вот пример с такими окнами "Даурские казармы":  https://pastvu.com/p/910641

secretlass написал(а):

(Записки у меня в безобразном виде, но хотя бы видно, что участок не крайний.)

Шифровка прям...)

Отредактировано VECTOR (25-07-2022 11:29:05)

0

161

VECTOR написал(а):

А электростанция была выше.

После постройки здания Промбанка (горсовет, мэрия) электростанция оказалась как бы во дворе этого здания. Или за ним, если смотреть с Кр.пр.

https://i.ibb.co/h8WGC6j/1927.jpg

+2

162

VECTOR написал(а):

И фото конечно же зеркальное, что видно по надписи вывески магазина.

Да, всё верно, поторопился я с ответом.

Но вот электростанцию на схеме п. 158 надо электростанцию поместить внутрь квартала, как верно подметила Ольга в п.161

0

163

secretlass написал(а):

одноэтажный домик, внутри "теплушка" (печку так что ли назвали?), прилавок

Думаю, что теплушка - это отапливаемая часть одноэтажного домика.

0

164

Там ещё какой-то в лагере обелиск поставили с "бронзовыми буквами"...

Это ниже мой перевод (кривоватый) из немецкой книжки - двухтомника, который ниже выложу.
Тоже двухтомник 1930-го про военнопленных , как и венгерский выше.
Из этого немецкого двухтомника я ранее в тему добавлял пару фоток (памятник 1928-го и др.) и переводов.
Похоже, немцы "отжали" театр и у венгров...

Т.1, стр.143: Schnitzlers Werk in Sibirien.  Jedes Bataillon einen Akt.

Работа Шницлера в Сибири.

Теперь описание великого спектакля: Лагерный театр в Ново-Николаевске, восстановленный благодаря шведско-датской благотворительности, отпраздновал свое "повторное открытие" спектаклем "Lebendige Stunden" Шницлера под общим названием (не совсем верным) "Der Puppenspieler", "Die letzten Masken" и "Literatur". После 60 дней репетиций, длившихся в среднем по 10 часов, приглашения, аккуратно размноженные в типографии лагеря, можно было с чистой совестью разослать по городу, а после первых получасовых продаж общих билетов кассир мог повесить перед своей будкой табличку "распродано".

В этот сентябрьский день 1919 года волнение, связанное с "большим днем", ощущалось во всем лагере, в котором находилось 300 офицеров. Оркестр снова репетировал венскую музыкальную программу, актеры с двух часов дня находились в своих гримерных, чтобы сделать грим, потому что при их недостатке знаний в благородном искусстве грима и при наличии только одного гримировального набора нельзя было избежать этой жертвы неудобств и усилий. На заднике сцены красочно красовалась новая брошюра "Вена, вид из Каленберга", любовно раскрашенная всеми деталями, с которыми тоскующий глаз художника видел свою, такую далекую, родину.

Длинной процессией, пешком и на повозках, гости из города двигались в сторону высокого лагеря, мимо обветренного обелиска, бронзовые буквы которого рассказывают о первых военнопленных, отправленных сюда Петром I в его сражениях с Карлом Великим XII Шведским; странной ленты, которая здесь петляет по истории на протяжении двух веков ... Вскоре театр, рассчитанный на 440 мест, переполняется, и многие прижимаются носами к окнам, чтобы если не услышать, то хотя бы увидеть часть происходящего на сцене. Я уже собираюсь дать сигнал к началу, так как объявленный генерал правительства Колчака уже прибыл, когда громовые крики приветствия заставляют дрожать дощатые стены: Эльза Брандстрем прибыла и направляется к своему почетному месту, размахивая тканью и выкрикивая приветствия. Факт появления этой замечательной женщины завершается только дирижерской палочкой.

Сцена за сценой проходят мимо: превосходные и уверенные, благодаря многочисленным репетициям, молодые люди там, наверху, имитируют свои задачи; без суфлера и без режиссера (военные нотки, несомненно, очень помогают этому маленькому театральному государству).

Особым успехом в "Последних масках" стал актер Флориан Джекверт, лейтенант д-р Ш., открытием которого я особенно горжусь. Мне не хватало хорошего представителя на эту роль в постоянном ансамбле, и поэтому я под руководством ответственного "арт-офицера" отправился в соседний лагерь, чтобы поискать там "А. Г. Игрока". В углу барака я нашел то, что искал, судя по внешнему виду: тощую, стройную фигуру с бледным, изможденным лицом, небритым, с большими светящимися глазами, затененными спутанной копной черных волос, которые, не поддаваясь расчесыванию, беспорядочно падали на лицо. "Это мой муж!" Я воскликнул: "Вот сидит Флориан Джекверт, каким я его себе представлял". . ." "Не может быть и речи, - ответил мой собеседник, - вы не вытащите его из его угла, сильно патологизированного тюремным заключением!" Ну, я его все-таки достал, и после нескольких репетиций товарищ с таким рвением взялся за дело, которое доставляло ему необыкновенное удовольствие, что совершенно забыл о тюремных страданиях и женоненавистничестве, и только одно причиняло ему сильную боль, а именно мой строгий приказ не бриться и даже не стричься. (После своего большого успеха на вечере он хотел сыграть и другие роли, но, к сожалению, он мог исполнить только одну, был только Флориан Джекверт).
В зале тихо, как в мышиной норке. Глаза гостей блестят от радости и благодарности, и в преувеличенной радости все отдаются веселью последней комедии. Когда занавес опускается в последний раз, а нетерпеливые руки снова и снова разводят его в знак одобрения, возникает ощущение, что все страдания забыты на несколько часов.

Каждый батальон - акт.

Что стало со всем этим! До объявленного расформирования лагеря памятные знаки попали в город к любящим искусство жителям в качестве украшений и памятных знаков; Но сцена и декорации были "национализированы" большевиками, т.е. пока на наших когда-то так бережно относившихся к декорациям оставался хоть клочок бумаги, товарищества, школы и профсоюзы играли русский театр без особой подготовки, без репетиций, так что иногда случалось, что актер прерывал свою речь посреди сцены, лез в суфлерскую будку и на глазах у зрителей заглядывал в суфлерскую книгу, чтобы посмотреть, что происходит. Наконец, общий приказ Московского комиссариата народного просвещения предписывал каждому солдату гарнизона дважды в месяц посещать театр в воспитательных целях. Командующий, которому было поручено выполнение этого приказа, сначала в отчаянии покачал головой, так как при огромных размерах военного гарнизона (более одного армейского корпуса) было технически невозможно дважды в месяц втиснуть эту толпу солдат в театр на 440 человек. Наконец, следующий приказ Ново-Николаевского военного командования открыл выход: "Полк Х посетит сегодня театр: 1-й батальон - первый акт, 2-й батальон - второй и 5-й батальон - третий". Таким образом, можно отчитаться о выполнении приказа.

Отредактировано VECTOR (27-07-2022 09:54:19)

+3

165

https://i.ibb.co/NrG9YBy/2022-07-27-09.jpg

"Русская речь" 1919, 054.

+1

166

secretlass написал(а):

"Русская речь" 1919, 054.

Тут уже, скорее всего, немцы.

Как и говорил выше постом, ниже приведу ссылки на немецкий двухтомник 1931-го по военнопленным 1-й Мировой, подобный венгерскому выше.
Возможно, при ином ходе истории был бы издан подобный сборник в России про солдат Российской Империи в плену, но это стало не актуально с новой властью.

Его "взял" в библиотеке чешского мин-ва обороны, но только там его скачать прямо нельзя было.
Пришлось несколько помучаться, почти вручную сохраняя каждую страницу в jpg (почти 1000...), которые потом собрал в PDF и сделал распознавание текста.
Название на оригинальном языке писать не буду, чтобы не индексировалось, а на скриншоте его приведу.

Переводится название: В руках врага. Плен в мировой войне в индивидуальных изображениях. (Вена, 1931)

Там два автора у этих книг, один из которых "имел честь" находиться в нашем лагере, о чём и поведал в не очень приглядных тонах в паре своих рассказов.
Автор на фото: https://ibb.co/4Nc45wd
Я тут не постил перевод его рассказов, да и не буду. Ну там просто описание, в котором больше впечатлений, причём понятное дело, что не особо приятных. Один из его рассказов про процесс перевода лагеря в Красноярск, когда чехи стали большую часть туда его перевозить. Ну, и вот, пишет, как в из лагеря со своими вещами вдоль долины Каменки до вокзала добирались и проч. А второй рассказ про бараки-землянки, постоянный  холод, обморожения, тиф и проч. Короче, такое не очень интересно, так как и так всё понятно как было.

Но там и другие небольшие рассказы/заметки/фотки, которые я уже постил.
Я просто приведу номера страниц, с указанием чего постил или что мог бы запостить, но не стал переводить. Но в книге и просто во многих частях упоминается лагерь в Ново-Николаевске по разным случаям (статистика, какие-то факты), как и про другие лагеря.

Ссылки на страницы

Том-1.
стр. 103-105 Die Räumung des Lagers Nowo-Nikoiajewsk. (автор книги)
стр.111 фото
стр.139 фото
стр.143 Schnitzlers Werk in Sibirien.  Jedes Bataillon einen Akt.  (про театр)
стр.162 фото
стр. 170 Weihnachten in den Erdharacken. (автор книги)
стр.171-172 Sibirische Weihnachten 1919. 
стр.259 Кривощёково

Том-2
стр.248-249 Nowo Nikolajewsk, den 6. Jänner 1916.
382-383 Brief aus Nowo-Nikolajewsk.
388 фото памятника

Хотя, ещё хочется перевести небольшой Кривощёковский фрагмент из книги, где приводятся записи из дневника одного немца в тот во время 1920-го, когда уже пленных стали отпускать, но проблема была добраться домой, так как в разных местах были свои порядки, поэтому где-то могли снова пленить и отправить на работы.
Вот так вот и не повезло у автора дневника оказаться на Кривощёковском карьере.
Кривощёково на немецком - Kriwoschtschekowo. )

Фрагмент про Кривощёковский карьер

...
15 июня. Так мы и живем сейчас: чудесные, ясные, холодные ночи, которые никогда не темнеют, утомленные солнцем, сонные, жаркие дни, все время, все время на железной дороге. На тормозных площадках, в вагонах с углем, в пустых вагонах для скота; через таежный лес, мимо болот, через степи, мимо полей, лугов, кустарников, то и дело за нами остается одинокая деревня, тайком, наполовину скрытая садами и лесными угодьями. Сошел с одного поезда, сел на другой, который может быстрее доехать до места назначения, снова сел. Полдня на какой-нибудь маленькой, пустынной станции, где дежурят, а потом снова в славной поездке за одну ночь на пятьдесят, шестьдесят верст на запад. Мы обходим стороной крупные станции, которые, как мы знаем, охраняются. Мы выходим на остановке заранее, протискиваемся по широкой дуге вокруг страшного места и снова садимся - на другой поезд - на следующей неохраняемой остановке. Время не имеет значения. Лето длинное.

Иногда мы сталкиваемся с патрулями там, где их не ожидаем. Затем нужно быстро спрыгнуть с прибывающего поезда, укрыться за пустыми декорациями, складами, срубами вокруг станции и ждать в верхнем конце, пока наш поезд не отправится снова. А затем снова быстро поднимается.

Нас трижды ловила участковая полиция, но мы всегда уходили в нужный момент. У нас нет ни билета, ни паспорта, ни какого-либо разрешения на поездку, но пока все идет хорошо. "Кто вы, товарищи?" - "Военнопленные, идущие на работу". И никто не пытается воспринимать нас всерьез. Иногда достаточно волшебного слова "Домой", "домой мы хотим!“. Россиянин это понимает. Мы боимся только своих людей, которые вступили в Красную Армию. Боже, защити нас от них!

Это массовая миграция. Нет ни одного поезда, идущего на запад, в котором не было бы нескольких военнопленных в качестве безбилетников. Нет ни одной станции, где бы вы не увидели нескольких сидящих и ожидающих. Люди встречаются по пути, узнают друг друга, слышат о других лагерях, далеко в Маньчжурии, снова теряются, находят других ..... . сотни и сотни имеют ту же судьбу, это один большой поезд на Запад.

20 июня. В Кривощековском карьере. В десяти верстах от Ново-Николаевска по шоссе остановила милиция. На этот раз все предыдущие уловки провалились. Привезены сюда под прикрытием для принудительных работ. Жалкая пустошь посреди степи, в стороне от основного маршрута. Тяжелая работа на местных гравийных карьерах. Единственные немцы среди всех иностранцев. Плохие новости из Николаевска: строгий приказ железнодорожникам забрать всех военнопленных. Транспорт домой не ходит. Слухи об участии Австрии в польско-русской войне.

29 июня. Все еще в гравийных ямах. Но мы думаем о дальнейшем пути. Я никогда не был авантюристом. Даже сейчас мое чувство ответственности, которое заставляет меня сторониться любого бесполезного безрассудства, упорно борется с желанием продолжить начатое мужественное дело. Это не авантюризм, но я несу в себе ощущение очень большого времени, которое хочет своего мощного действия. Родина зовет. На Запад! "Тот, кто питает молодых воронов, не оставит нас!"

3 июля 1920 года: Вчера вечером мы покинули свое рабочее место в Кривощековском карьере. Тайно, поскольку все наши товарищи по работе уже спали. Сначала я улизнул. Воздух был чистым, перед домом не было русских. Через десять минут мой товарищ выскочил из казармы.  Теперь по кустам, мокрые ветки шлепали в лицо, рыхлые комья тяжелыми комьями цеплялись к ногам, комары — как они бесятся в эту бурную ночь! - жалили лбы и шеи, но продолжайте, продолжайте! Молнии отступившей непогоды дали нам столько света, что мы, наконец, нашли насыпь железнодорожной линии. И теперь мы продолжали идти по насыпи, всегда на запад. Теперь мы впервые отдохнули после ночного перехода перед "железнодорожной" сторожевой избушкой. Жена охранника как раз принесла миску молока.

6 июля. Давно прошел сотый верстовой указатель от Ново-Николаевска...

https://i.ibb.co/pjR07mP/image.jpg https://i.ibb.co/821ddK5/Hans-Leopold-Kern-Weiland-In-Feindeshand-Die-Gefangenschaft-im-Weltkriege-in-Einzeldarstellungen.jpg https://i.ibb.co/26bxNWn/Hans-Leopold-Kern-Weiland-In-Feindeshand-Die-Gefangenschaft-im-Weltkriege-in-Einzeldarstellungen-2.jpg https://i.ibb.co/3d4c0gz/Hans-Leopold-Kern-Weiland-In-Feindeshand-Die-Gefangenschaft-im-Weltkriege-in-Einzeldarstellungen-4.jpg https://i.ibb.co/HqM2pZr/Hans-Leopold-Kern-Weiland-In-Feindeshand-Die-Gefangenschaft-im-Weltkriege-in-Einzeldarstellungen-5.jpg https://i.ibb.co/z2X7XGx/Hans-Leopold-Kern-Weiland-In-Feindeshand-Die-Gefangenschaft-im-Weltkriege-in-Einzeldarstellungen-6.jpg

Всё, больше я тут постить ничего не буду - больше нечего. )

Отредактировано VECTOR (27-07-2022 14:25:09)

+2

167

VECTOR написал(а):

Всё, больше я тут постить ничего не буду - больше нечего. )

Но всё же ещё кое-что добавлю напоследок для тех, кто всё же читает эту тему - для secretlass, например, может кто-то и ещё... )

В общем, про лагерь ВПЛ ПМВ в Ново-Николаевске, что и как было вполне можно понять по постам в теме выше.
Единственный вопрос, который уже озвучивался в теме, на который ответ пока не совсем ясен - кладбище пленных, на котором было похоронено около 8,000-10,000.
Цифра 8,000 мне попадалась кое-где в старой немецкой книжке.
В принципе, сверху в теме есть фотки из книжек, на которых сзади видна некоторая растительность в виде молодых берёз на кладбище. На Закаменском кладбище сейчас тоже берёзы, возможно и тогда они там были, так что может просто кладбище ВПЛ было частью Закаменского. Об этом с secretlass уже говорилось выше. Вряд ли эти фото из Берёзовой рощи.

Сейчас добавлю в тему ещё некоторые сведения, которые не ответят на вопрос выше, но будут так или иначе касаться этого вопроса.

...

Как-то попался мне при поиске в интернете небольшой журнальчик на немецком языке, не особо ясного происхождения и содержания. И была в том журнальчике небольшая статейка про одного австрийского солдата, который практически всю войну пробыл в плену в Сибири, призвавшись в начале августа 1914-го, попав в плен в конце ноября 1914-го и вернувшись назад из плена в августе 1920-го.
В статейке были приведены несколько фотографий его документов. Из его военного дневника были процитированы краткие описания моментов боёв до его пленения, были приведены тексты из его почтовых карточек, которые он слал домой.
Основное, на что я обратил внимание в той статье, что плен он провёл в Ново-Николаевске. Его письма были адресованы из Ново-Николаевска, на почтовой карточке нарисованы рукой бараки в Ново-Николаевске, и приведена фотография кладбища военнопленных, на которой автор статьи не подписал где оно было снято, но если сравнивать это фото с фотографиями в теме выше, то по некоторым деталям можно предположить, что фото также было сделано в Ново-Николаевске.
Отличие этого фото от других в теме в том, что оно более панорамное, т.е. на ней несколько больше видно, хотя, понятное дело, что на фотографии кладбища видно только кладбище.
В статье эти фотографии были сильно ужаты. В принципе, на них всё видно, но только сильно размыто.

Вот они:
1) Земляной барачный лагерь в Ново-Николаевске, карандашный рисунок 1915
2) Кладбище военнопленных

https://i.ibb.co/dLQCdft/image.jpg     https://i.ibb.co/9tWmp2Z/image.jpg

Ну и тут появилась у меня мысль попытаться узнать у автора статьи можно ли получить сканы фотографий в хорошем качестве.
У статьи был написан автор, которого я нашёл в интернете, также я разобрался что это вообще за журнальчик был такой.
Журнальчик, можно сказать, довольно простенький, выходящий раз в несколько месяцев и состоящий из каких-то небольших новостных заметок, событий и рекламы. А издаётся он в одной австрийской "деревеньке" - коммуна Санкт-Гильген, с населением менее 4,000 человек.
Т.е. чисто их местное издание.

Как-то так выглядит та австрийская "деревенька" Санкт-Гильген ) :
https://de.wikipedia.org/wiki/Sankt_Gilgen
https://www.youtube.com/watch?v=DtdyhbBTsls

Собственно, вот самый журнальчик Sankt Gilgen BEI UNS | 04 | 2018, на странице которого и найдете ту статью. Его название BEI UNS переводится как   "С нами".

Сюда положил его: https://disk.yandex.ru/d/9xGlsRcuLqX7kw

Там статья на 24-й странице, и там есть фотография того солдата (Anton Kogler). Кто хочет, тот может сам перевести текст там, но основное касательно интересующего вопроса я скажу здесь.

И так оказалось, что тот автор статьи является директором их местного небольшого музея, а статью он написал на основе даримых жителями в музей документов. Конкретно документы этого австрийского солдата в музей принесла одна родственница того солдата, как я помню.

Я нашёл электронный адрес этого директора и написал ему письмо, в котором задал ему несколько вопросов про фотографии в статье, про их количество, про надписи на них, про то известно ли из дневника солдата сколько точно лет он пробыл в Ново-Николаевске. Ну и попросил у него при возможности прислать что есть в хорошем качестве.
Чтобы как-то его мотивировать в моём вопросе, я написал довольно большое письмо с иллюстрациями и моим предложением поделиться с ним теми книгами в электронном виде, которые у меня есть. Самый главный мой мотив письма был в том, что его фото (или их несколько) могут приблизить к ответу о расположении кладбища австрийских военнопленных в нашем городе. Известно, что из его коммуны у нас в городе тоже были похороненные, так как тот солдат из коммуны встретил здесь в лагере ещё троих из его же коммуны, но один из них всё же умер в лагере, а оставшиеся трое вернулись. Вообще, как я понимаю, это считай, что солдату повезло, что если он тут провёл 5,5 лет, то остался жив, так как в первую эпидемию в конце 1914 - начале 1915-м в лагере вымерла половина или даже больше, а потом ещё всеобщая эпидемия в конце 1919- начале 1920.

Вот, значит, я тому директору всё это написал и отправил.
Но есть одна "загвоздка" - текущая международная ситуация. Так что отправил я своё письмо 3 дня назад, особо не рассчитывая получить ответ. Скорее всего, ответ не получу, но всё же хоть попытался. Ну, нет, так нет.

На фото выше такая деталь, как и на  других фотографиях в теме выше, что на могилах по несколько именных табличек. Как я думаю, такое могло быть, если бы хоронили именно при эпидемии тифа. Как читал, зимой в период тифа 1914-1915 даже и не хоронили, а складывали умерших в лога, а хоронили уже весной, когда земля оттаяла.
Так что, как мне кажется, на фотографиях в теме с кладбища видны именно "братские" могилы времён тифа 1914-1915.

Деревья сзади на фото не дают никакой привязки к месту, так что это фото никак не даёт ответа на вопрос о местоположении, а просто ещё одно фото.
Возможно, что в бумагах солдата были и ещё другие фотографии, которые бы помогли установить место, но, похоже, что уже не узнать, если не ответят.

Если ничего больше про это не напишу, то значит - не ответили.

................

Есть ещё один материал с текстом - книга 2008-го.

Такая: In russischer Gefangenschaft - Erlebnisse österreichischer Soldaten im Ersten Weltkrieg = В русском плену - опыт австрийских солдат в Первой мировой войне

https://i.ibb.co/g6zTBZ3/18335381.jpg

Она в электронном виде есть только в Гугл-библиотеке, но только в режиме предпросмотра, когда доступна лишь часть страниц книги.

Ссылка: https://books.google.ru/books?id=aJYoMaoFWGIC&printsec=frontcover&dq=In russischer Gefangenschaft: Erlebnisse sterreichischer Soldaten im Ersten&hl=de&sa=X&redir_esc=y#v=onepage&q&f=false

Для полного чтения надо покупать б/у книгу.

В книге сборник статей с воспоминаниями солдатов, одно из которых написано Gottlieb Pomberger на страницах 48-79.
Про лагерь Ново-Николаевска текст начинается со стр.57 и доходит до стр.60, а дальше нет двух страниц 61-62 из-за режима предпросмотра, а уже на стр.63 идёт повествование про другое место.

Я перевёл ниже тот доступный фрагмент на стр.57-60.
В конце стоит троеточие, начиная с которых идут две отсутсвующие страницы.

Интересно, о какой спиртовой фабрике шла речь в тексте?
Казённый винный склад или завод на Нобелевской?

5 января 1915 года мы двинулись в сторону Сибири. Мы так и не смогли узнать, где должно быть наше место жительства. Путешествие шло через Рязань, Пензу, Самару и Уральские горы в Челябинск, Петропавловск и Омск, пока наконец мы не прибыли 17 января, т.е. через двенадцать дней и двенадцать ночей поездом, в Ново-Николаевск или - по новому названию - Новосибирск. , важный Торговый городок на Оби, из которого могли выезжать подводы. Там нас повели в две казармы, каждая из которых могла вместить шестьсот человек. Наш транспорт состоял из одиннадцати сотен человек. В первом бараке насчитывалось шестьсот человек, во втором пятьсот человек.

Казармы представляли собой так называемые земляные бараки. Они были выкопаны примерно на десять футов ниже поверхности, и только крыша немного выступала. Однако он был почти полностью засыпан землей, так что с расстояния в двести метров от барака ничего нельзя было разглядеть.

Следует также отметить, что паек в пути от Москвы до Ново-Николаевска был более чем недостаточен. В течение нескольких дней нам не давали никакой одежды, так что мы были вынуждены воровать. За исключением больных, немалое количество заключенных вышло на грабеж на всех железнодорожных станциях. Только так мы смогли избежать голодной смерти. Особенно полезными оказались магазины на вокзалах, которых в России нет нигде.

В лагере началось настоящее слоняние. Тысячи молодых, сильных людей, которые хотели работать, превратились в бездельников. Только раз в день нескольким мужчинам приходилось ездить в город за водой с бочкой, привязанной к очень примитивным саням. Для перемещения бочки требовалось десять человек. Пронизывающий ветер, температура которого иногда составляла от тридцати до сорока градусов, пронизывал до костей сквозь наше хлипкое обмундирование.

Этот ветер, гулявший по степи почти днем и ночью, даже в ясную погоду, основательно сметал снег с улиц и крыш. Благодаря этому обстоятельству мы в значительной степени были освобождены от уборки снега.

Питание оставляло желать лучшего до мая 1915 года. Утром был чай без хлеба и сахара, в полдень так называемая "каша" ( Kascha), то есть ячмень или пшено, сваренное в воде с очень мелко нарезанным жареным луком, и картофельный суп, который, однако, никогда не заслуживал своего названия, так как часто можно было час искать, не находя картофеля. Этот суп обычно представлял собой просто кипяченую соленую воду, на которой рыбий жир образовывал самые замечательные глазки. Вечером мы ели русские щи. Каждое утро восемь человек получали по буханке хлеба и по три кубика сахара, так как чай мы получали горьким. Но мы всегда пили чай без сахара, так как предпочитали обменивать его в бакалейной лавке на папиросный табак.

Ночной лагерь состоял только из твердых досок. Не было и речи о соломе или какой-либо другой подстилке. Уже через месяц у каждого из нас на бедрах появилась так называемая жесткая кожа, так что мы больше не чувствовали твердости досок.

До конца марта санитарные условия в казарме были сносными. Но когда растаял снег, начались бедствия. Подагра так связала наши конечности, что пятки почти касались ягодиц. Те, кто не был подвержен этому заболеванию, были заняты тем, что носили больных в туалеты, приносили им менаж и т. д.

Затем пришел тиф. Им страдал каждый второй человек. Немногочисленные и небольшие больницы вскоре были переполнены. Поэтому половину нашей казармы пришлось заменить госпиталем. Решетка из толстых реек разделяла наш барак на две равные части - здесь здоровые люди, там больные тифом. Конечно, эта предосторожность не была изоляцией, потому что она не остановила ядовитую атмосферу. И вот, в течение трех недель в лагере заболело около трехсот человек.

9 апреля я заболел пневмонией, к которой через несколько дней присоединился тиф. Я лежал в казарме с высокой температурой. Я не мог есть в течение нескольких дней. Никто не позаботился обо мне, потому что все мои близкие товарищи уже были в госпитале. Семь дней я лежал в бараке как тяжело больной человек. Только 16 апреля меня вместе с другими больными отвезли в больничный дом.

С одной стороны, я был рад, что наконец смог покинуть эту яму, наполненную таким горем и страданиями. Мы были в ужасных условиях. Больные тифом ревели и выли в исступлении. Другие тщетно плакали и кричали о своих женах и детях. Третьи изо всех сил пытались, но тщетно, добраться до открытого воздуха через какое-нибудь отверстие. Ужас, который достиг своего апогея только в обращении с мертвыми. В последние дни перед моей болезнью каждый день умирали три-четыре человека; большинство из них, вероятно, погибли только из-за отсутствия медицинской помощи и ухода. Товарищей, умерших в течение дня, сразу после смерти нужно было везти в морг на санках, которые мы называли клещами. Камера представляла собой небольшой дом, построенный из глинобитных кирпичей на кладбище, куда мы помещали покойников с самыми примитивными гробами, сделанными из неструганых досок, пока не появлялось необходимое для братской могилы количество трупов. Затем их похоронили. Я не знаю, как проходили такие похороны, поскольку у меня никогда не было возможности присутствовать на них.

Процесс с умершими ночью происходил самым непочтительным образом. Их нужно было убрать из казарм по приказу русских в охране сразу после того, как наступила смерть. У нас не было другого выхода, кроме как положить трупы на снег перед бараками. Нередко можно было увидеть, как бродячие собаки, которые всегда были в окрестностях, утаскивали мертвое тело и повреждали его. Только утром умерших привозили в морг.

Как было сказано выше, 16 апреля меня привезли в больничный дом. Но уже через два дня меня передали в больницу из-за тяжелой болезни. Перед тем, как меня передали в руки, два врача еще обсуждали, куда меня отправить - в тифозную больницу или в другую, так как я был болен не только тифом, но и пневмонией. Я буквально умолял их не отправлять меня в тифозную больницу, так как слышал о ней самые ужасные вещи. Я не знал, как будет в других больницах, но хуже, чем в тифозных отделениях, быть не могло.

К счастью, я попал в пригородную больницу. Она состояла из нескольких наземных зданий, которые раньше были спиртовой фабрикой. Транспортировка из больничного дома в больницу была плачевной. Семь тяжелобольных людей были помещены на очень низкую лестничную тележку, скрещенную по доскам. И мы пошли через город. Поскольку это было время таяния снега, неасфальтированные улицы выглядели пустынными. На них образовались водоемы, так что две лошади часто оказывались по колено в грязи. Нас не обошла стороной и грязь, так как трясина поднялась до самых осей через борта.

Когда мы приехали в больницу, медсестры сразу же отвели нас в туалет. Там было несколько больших ванн, наполовину заполненных теплой водой. Русский мужчина-медсестра тщательно побрил нас, постриг....................

+3

168

Я тут опять со своей темой сделаю дополнение.

В предыдущем посте в конце был перевод текста из книжки, но там не хватало страниц, поэтому перевод был не полный.
Сейчас нужные страницы появились.
Так что я добавил перевод тех страниц и также перевод вступления про автора воспоминаний.
Добавленное я обозначил красным цветом в начале и в конце текста, а синим цветом обозначил вставку автора книги в оригинальный текст. Автор книги не стал приводить полностью фрагмент по Ново-Николаевск, о чём и сказал в вставке, кратко в ней описав дальнейший сюжет. После приведённого текста идёт уже повествование дальше по маршруту автора воспоминаний.

Это я сказал по самому тексту, но в конце предыдущего поста я спросил о каком месте шла речь в этом фрагменте:

...К счастью, я попал в пригородную больницу. Она состояла из нескольких наземных зданий, которые раньше были спиртовой фабрикой...

И на выбор предложил: Казённый винный склад , вторая тема Казенный винный склад. Новониколаевск.
Или: Территория вин(спирт)завода на Нобелевской.

Так как вопрос никого не заинтересовал, то скажу сам, очевидно, что это был Казённый винный склад, хотя бы по той причине, что он относительно недалеко расположен от Военного городка с лагерем, а Нобелевская очень далеко.

Иначе говоря, во время войны на Казённом винном складе была больница/госпиталь, причём там лечили не только военнопленных, но и солдат русской армии, что непосредственно следует из дополненного текста ниже. Я не знаю, известный ли это факт, но если не было известно, то теперь пусть будет. Обычно у нас в городе на тех домах где были госпитали устанавливали таблички, но на сохранившемся до сих пор здании склада очевидное дело, что нет такой таблички.

Автор воспоминаний написал: "Она состояла из нескольких наземных зданий, которые раньше были спиртовой фабрикой..."

И тут фраза "раньше были" имеет прямое значение, так как если вспомнить, то царь Николай с начала войны объявил сухой закон в России, т.е. производство алкоголя в России прекратилось, о чём подробнее можно почитать хотя бы в соответствующем разделе Википедии: Сухой закон в Российской империи

Итак, полный текст фрагмента про Ново-Николаевск:

                           

ГОТЛИБ ПОМБЕРГЕР (Gottlieb Pomberger)

Родился 23 октября 1892 года старшим сыном в крестьянской семье в Госау в Верхней Австрии. После окончания обязательной школы он окончил обучение в муниципальном управлении Бад-Ишля. Вернувшись домой военнопленным, он женился и стал отцом шести дочерей. До выхода на пенсию в 1957 году Готлиб Помбергер занимал должность секретаря муниципалитета в Госау. Автор умер 24 апреля 1979 года на 87-м году жизни.

Его заметки о плене в России, которые приводятся здесь, взяты из 166-страничной машинописной рукописи, в которой Готлиб Помбергер записал всю свою военную и боевую службу. Он начинает свой рассказ с призыва на военную службу в 1913 году, чтобы, как он пишет, показать своим потомкам "притеснения, под которыми часто приходится нести службу в кайзеровской юбке". Множество запомнившихся деталей и секционная дневниковая структура рукописи позволяют предположить, что записи были написаны на основе дневника времен плена.

Вся рукопись была самостоятельно опубликована в середине 1990-х годов под названием „Опыт и события военных лет 1913–1918" („Erlebnisse und Begebenheiten aus den Kriegsjahren 1913-1918") писательской мастерской Высшей школы 1 Бад-Гойзерна, в сотрудничестве с краеведческой ассоциацией Госау. Таким же образом в 1996 году местной общественности стала доступна хроника общины „Хроника общины Госау. С самого начала до 1960 года" („Chronik der Gemeinde Gosau. Von den Anfängen bis zum Jahr 1960"), написанная автором в конце 1950-х годов.
Готлиб Пуанбергер был взят в плен в России еще в декабре 1914 г. Следующий текст начинается в тот момент, когда автор вместе с товарищем пытается избежать угрозы пленения.

... 5 января 1915 года мы двинулись в сторону Сибири. Мы так и не смогли узнать, где должно быть наше место жительства. Путешествие шло через Рязань, Пензу, Самару и Уральские горы в Челябинск, Петропавловск и Омск, пока наконец мы не прибыли 17 января, т.е. через двенадцать дней и двенадцать ночей поездом, в Ново-Николаевск или - по новому названию - Новосибирск. , важный Торговый городок на Оби, из которого могли выезжать подводы. Там нас повели в две казармы, каждая из которых могла вместить шестьсот человек. Наш транспорт состоял из одиннадцати сотен человек. В первом бараке насчитывалось шестьсот человек, во втором пятьсот человек.

    Казармы представляли собой так называемые земляные бараки. Они были выкопаны примерно на десять футов ниже поверхности, и только крыша немного выступала. Однако он был почти полностью засыпан землей, так что с расстояния в двести метров от барака ничего нельзя было разглядеть.

    Следует также отметить, что паек в пути от Москвы до Ново-Николаевска был более чем недостаточен. В течение нескольких дней нам не давали никакой одежды, так что мы были вынуждены воровать. За исключением больных, немалое количество заключенных вышло на грабеж на всех железнодорожных станциях. Только так мы смогли избежать голодной смерти. Особенно полезными оказались магазины на вокзалах, которых в России нет нигде.

    В лагере началось настоящее слоняние. Тысячи молодых, сильных людей, которые хотели работать, превратились в бездельников. Только раз в день нескольким мужчинам приходилось ездить в город за водой с бочкой, привязанной к очень примитивным саням. Для перемещения бочки требовалось десять человек. Пронизывающий ветер, температура которого иногда составляла от тридцати до сорока градусов, пронизывал до костей сквозь наше хлипкое обмундирование.

    Этот ветер, гулявший по степи почти днем и ночью, даже в ясную погоду, основательно сметал снег с улиц и крыш. Благодаря этому обстоятельству мы в значительной степени были освобождены от уборки снега.

    Питание оставляло желать лучшего до мая 1915 года. Утром был чай без хлеба и сахара, в полдень так называемая "каша" ( Kascha), то есть ячмень или пшено, сваренное в воде с очень мелко нарезанным жареным луком, и картофельный суп, который, однако, никогда не заслуживал своего названия, так как часто можно было час искать, не находя картофеля. Этот суп обычно представлял собой просто кипяченую соленую воду, на которой рыбий жир образовывал самые замечательные глазки. Вечером мы ели русские щи. Каждое утро восемь человек получали по буханке хлеба и по три кубика сахара, так как чай мы получали горьким. Но мы всегда пили чай без сахара, так как предпочитали обменивать его в бакалейной лавке на папиросный табак.

    Ночной лагерь состоял только из твердых досок. Не было и речи о соломе или какой-либо другой подстилке. Уже через месяц у каждого из нас на бедрах появилась так называемая жесткая кожа, так что мы больше не чувствовали твердости досок.

    До конца марта санитарные условия в казарме были сносными. Но когда растаял снег, начались бедствия. Подагра так связала наши конечности, что пятки почти касались ягодиц. Те, кто не был подвержен этому заболеванию, были заняты тем, что носили больных в туалеты, приносили им менаж и т. д.

    Затем пришел тиф. Им страдал каждый второй человек. Немногочисленные и небольшие больницы вскоре были переполнены. Поэтому половину нашей казармы пришлось заменить госпиталем. Решетка из толстых реек разделяла наш барак на две равные части - здесь здоровые люди, там больные тифом. Конечно, эта предосторожность не была изоляцией, потому что она не остановила ядовитую атмосферу. И вот, в течение трех недель в лагере заболело около трехсот человек.

    9 апреля я заболел пневмонией, к которой через несколько дней присоединился тиф. Я лежал в казарме с высокой температурой. Я не мог есть в течение нескольких дней. Никто не позаботился обо мне, потому что все мои близкие товарищи уже были в госпитале. Семь дней я лежал в бараке как тяжело больной человек. Только 16 апреля меня вместе с другими больными отвезли в больничный дом.

    С одной стороны, я был рад, что наконец смог покинуть эту яму, наполненную таким горем и страданиями. Мы были в ужасных условиях. Больные тифом ревели и выли в исступлении. Другие тщетно плакали и кричали о своих женах и детях. Третьи изо всех сил пытались, но тщетно, добраться до открытого воздуха через какое-нибудь отверстие. Ужас, который достиг своего апогея только в обращении с мертвыми. В последние дни перед моей болезнью каждый день умирали три-четыре человека; большинство из них, вероятно, погибли только из-за отсутствия медицинской помощи и ухода. Товарищей, умерших в течение дня, сразу после смерти нужно было везти в морг на санках, которые мы называли клещами. Камера представляла собой небольшой дом, построенный из глинобитных кирпичей на кладбище, куда мы помещали покойников с самыми примитивными гробами, сделанными из неструганых досок, пока не появлялось необходимое для братской могилы количество трупов. Затем их похоронили. Я не знаю, как проходили такие похороны, поскольку у меня никогда не было возможности присутствовать на них.

    Процесс с умершими ночью происходил самым непочтительным образом. Их нужно было убрать из казарм по приказу русских в охране сразу после того, как наступила смерть. У нас не было другого выхода, кроме как положить трупы на снег перед бараками. Нередко можно было увидеть, как бродячие собаки, которые всегда были в окрестностях, утаскивали мертвое тело и повреждали его. Только утром умерших привозили в морг.

    Как было сказано выше, 16 апреля меня привезли в больничный дом. Но уже через два дня меня передали в больницу из-за тяжелой болезни. Перед тем, как меня передали в руки, два врача еще обсуждали, куда меня отправить - в тифозную больницу или в другую, так как я был болен не только тифом, но и пневмонией. Я буквально умолял их не отправлять меня в тифозную больницу, так как слышал о ней самые ужасные вещи. Я не знал, как будет в других больницах, но хуже, чем в тифозных отделениях, быть не могло.

    К счастью, я попал в пригородную больницу. Она состояла из нескольких наземных зданий, которые раньше были спиртовой фабрикой. Транспортировка из больничного дома в больницу была плачевной. Семь тяжелобольных людей были помещены на очень низкую лестничную тележку, скрещенную по доскам. И мы пошли через город. Поскольку это было время таяния снега, неасфальтированные улицы выглядели пустынными. На них образовались водоемы, так что две лошади часто оказывались по колено в грязи. Нас не обошла стороной и грязь, так как трясина поднялась до самых осей через борта.
 
Когда мы приехали в больницу, медсестры сразу же отвели нас в туалет. Там было несколько больших ванн, наполовину заполненных теплой водой. Русский мужчина-медсестра тщательно побрил нас, коротко подстригли нас, а потом сестры выкупали нас, как маленьких детей. Сами мы едва могли двигаться. Потом было свежее белье и чистая постель в большом зале. В этой комнате нас было двадцать восемь пленных, большинство из которых были тяжело больны. В течение двух дней я время от времени оставался в сознании. Лихорадка усилилась до предела. Изредка мне удавалось лишь сделать маленький глоток горячего чая, который давала мне медсестра.

С 20 по 24 апреля я был без сознания. Когда я пришел в себя, мой сосед по постели Карл Платцль, фермер из района Эфердинга, сказал мне, что я уже считается умершим, а также он сообщил моему другу Штембергеру, который находился в казарменном районе в тифозной больнице, через ординарца*, драгуна из Каринтии по имени Амайзер, который сообщил ему, что мне пришел конец. Но только медперсонал и мои соседи по комнате думали, что я мертв. Врачи по-прежнему числили меня в живых.

Медсестры пунктуально каждые два часа обматывали меня ледяным компрессом вокруг середины тела. Это лечение продолжалось в течение двух недель. Чай и молоко тоже надо было давать поначалу.

Медицинский персонал, как мужской, так и женский, все русские, относился к нам очень похвально. Врачи, в основном австрийские заключенные, тоже заботились о нас.

Теперь мой аппетит стал постепенно возвращается. Я также смог снова встать с постели на короткое время. Прошло еще два-три дня, и мне уже снова захотелось сигарет. Но, к сожалению, ни у меня, ни у моих друзей не было денег.

Рядом с нашей комнатой, в маленьком помещении, лежали два русских офицера, которые были тяжело ранены. В конце концов они сжалились над нами, и вот один из этих двоих через свою мать, которая ухаживала за ним, присылал нам сигареты, которые он заправлял каждый день. Поскольку моя кровать была первой рядом с дверью, у меня было преимущество - я мог брать сигареты для раздачи. Конечно, я разделил сигареты между своими товарищами. Тем не менее, мне удалось немного "разогреться", так что у меня и моих близких товарищей было на несколько штук больше, чем у других.

В нашем отделении умерло очень мало людей, что, вероятно, произошло только благодаря безупречному уходу и питанию. Я могу только поблагодарить врачей и медперсонал за мое выздоровление.

Вскоре я поправился настолько, что мог каждый день сидеть на веранде и смотреть на прекрасный май. Многочисленные березы вокруг больницы вскоре окрасились в великолепный зеленый цвет. Река Обь, лежащая в ложбине, сильно разрослась, и в конце концов могучий лед вынужден был уступить место теплым лучам солнца. Ледяные глыбы огромных размеров сталкивались друг с другом под действием силы реки, часто вызывая грандиозный обвал. Эти впечатляющие весенние образы были способны поднять настроение каждому выздоравливающему и, в любом случае, состояние здоровья.

19 мая я наконец-то был готов покинуть больницу в качестве выздоравливающего. Меня отвели уже не в земляной, а в городской барак. Эти казармы находились в центре города, в количестве трех штук, и служили в качестве рыночных павильонов. Каждый барак вмещал несколько сотен человек. Конечно, когда я прибыл в казарму, у меня не было ни одного знакомого товарища. Но вскоре у меня появилось достаточно знакомых.

За время моего пребывания в больнице меню во всех лагерях значительно улучшилось. Мы ели мясо каждый день в полдень, а иногда и вечером. Мне разрешили остаться в казарме на несколько дней, чтобы полностью вылечиться. Затем началась работа.


Меня назначили в отдел дорожного строительства. Перед нами стояла задача улучшить дорогу, которая вела из города в лес на севере и которая лишь напоминала дикую лесную тропу.

Работа, которую приходилось выполнять заключенным, оказалась чрезвычайно изнурительной. Когда зарплата становилась все более низкой и в конце концов не выплачивалась вовсе, некоторые военнопленные, среди которых был и Готлиб Помбергер, объявили забастовку. Когда их взяли под стражу и почти ничего не дали есть, сопротивление забастовщиков было недолгим. После очередной смены работы Готлиб Помбергер осенью 1915 года был направлен в лагерь Березовка на Байкале, где встретил знакомых с более близкой родины. Пробыв там несколько месяцев, весной 1916 года он снова попал в транспорт с пленными, направлявшийся на запад.

Продолжение истории...

Отредактировано VECTOR (06-08-2022 11:36:05)

+3

169

VECTOR написал(а):

Но всё же ещё кое-что добавлю напоследок для тех, кто всё же читает эту тему - для secretlass, например, может кто-то и ещё... )

Интересно, о какой спиртовой фабрике шла речь в тексте?
Казённый винный склад или завод на Нобелевской?

Большое вам от меня спасибо! Про фабрику буду разбираться.

+1

170

VECTOR написал(а):

Под цифрами занятые пленными лабазы.

Пока искала про больницы, нашла в заметках, что до 1917 бывш. больница Сосунова (была примерно на месте трамвая за Оперным) тоже была занята военнопленными, то есть лагерь был каким-то дисперсным...

Получается, Сосунов в 1914 умер, больницу отдали (сдали городу?) под военнопленных, в 1917 её купил Иволин и сделал там больницу, а в 1919 он умер от тифа и больницу забрали под "1-й городской родильный приют". Какая-то сложная история)

+1

171

VECTOR написал(а):

Затем пришел тиф. Им страдал каждый второй человек. Немногочисленные и небольшие больницы вскоре были переполнены. Поэтому половину нашей казармы пришлось заменить госпиталем. Решетка из толстых реек разделяла наш барак на две равные части - здесь здоровые люди, там больные тифом. Конечно, эта предосторожность не была изоляцией, потому что она не остановила ядовитую атмосферу. И вот, в течение трех недель в лагере заболело около трехсот человек.

    9 апреля я заболел пневмонией, к которой через несколько дней присоединился тиф. Я лежал в казарме с высокой температурой. Я не мог есть в течение нескольких дней. Никто не позаботился обо мне, потому что все мои близкие товарищи уже были в госпитале. Семь дней я лежал в бараке как тяжело больной человек. Только 16 апреля меня вместе с другими больными отвезли в больничный дом.

VECTOR написал(а):

ак было сказано выше, 16 апреля меня привезли в больничный дом. Но уже через два дня меня передали в больницу из-за тяжелой болезни. Перед тем, как меня передали в руки, два врача еще обсуждали, куда меня отправить - в тифозную больницу или в другую, так как я был болен не только тифом, но и пневмонией. Я буквально умолял их не отправлять меня в тифозную больницу, так как слышал о ней самые ужасные вещи. Я не знал, как будет в других больницах, но хуже, чем в тифозных отделениях, быть не могло.

К счастью, я попал в пригородную больницу.

В порядке комментария:
Умирает от тифа приблизительно 10-13% от числа заболевших.
Во время тяжёлых эпидемий до половины заболевших могут погибнуть.
Отсюда можно приблизительно определить максимально возможное число смертей (исходя из численности контингента).

Если человек болен тифом, ему одна дорога- к тифозным больным, даже если у него были тяжелые сопутствующие заболевания.
В данном случае вероятно у больного было осложнение тифа в виде пневмонии.
Вполне вероятно, что "пригородная больница" тоже была перепрофилирована под прием больных сыпным тифом.
Либо там имелся отдельный изолированный барак для тифозных больных, в котором лечили и сопутствующие заболевания, и осложнения (в том числе в виде сыпнотифозной пневмонии).

0

172

secretlass написал(а):

Какая-то сложная история)

Но вы, как всегда, всё разложили по "полочкам"... )

secretlass написал(а):

Про фабрику буду разбираться.

Вот интересно, а сколько лет в этом здании спиртфабрики существовала эта больница?
Вроде, как 28 августа 1925 года (по ссылке выше на Вики о сухом законе) издали постановление о возобновлении производства спиртных напитков.
Правда, не известно когда эта фабрика снова заработала. Может ещё и в 1926-м не работала. Всё же оборудование там за столько лет всё заржавело, часть скорее всего демонтировали, да и специалистов надо было откуда-то взять, всё же опять же много времени прошло.
Так что, вполне вероятно, что больница там могла существовать больше 10 лет, и там могли лечить как наших солдат во время войны (кроме военнопленных), так могли лечить и во время тифа 1919-1920 годов, и позже, до возобновления производства.
Ну не стояло же это здание просто пустым все эти годы.

Не знаю, особо ли интересны кому-то такие факты про это здание.
Хоть какие-то малоизвестные сведения, наверное.
А то и так уже почти всё известно про каждый кирпич в городе. )))

petrogradskiy написал(а):

Либо там имелся отдельный изолированный барак для тифозных больных, в котором лечили и сопутствующие заболевания, и осложнения (в том числе в виде сыпнотифозной пневмонии).

Вроде, как по тексту в соседней комнате раненые русские офицеры лежали. А уж сколько там комнат было, и как располагалось, остаётся догадываться.
У главного здания склада два этажа, но вряд ли на второй этаж затаскивали.

Отредактировано VECTOR (06-08-2022 23:38:10)

0

173

VECTOR написал(а):

У главного здания склада два этажа, но вряд ли на второй этаж затаскивали.

Знаю достоверно, что во время ВОВ в Белоруссии (в Минске, в Масюковщине-шталаг 352) и на вторых этажах лазаретов находились сыпнотифозные больные. Аж по 200 человек в зале.

0

174

VECTOR написал(а):

И на выбор предложил: Казённый винный склад , вторая тема Казенный винный склад. Новониколаевск.
Или: Территория вин(спирт)завода на Нобелевской.

Я не большой спец по спиртовым делам, но казенные винные склады, вроде, спирт не производили, а просто принимали от производителей, разливали по бутылкам и лепили акцизы, тогда склад на Трактовой сложно назвать фабрикой. Но больные могли этого и не знать.

А вот на Нобелевской реально был завод, он же им снова и стал с 1925. Склады на Большевистской в справочниках 1924 и 1931 я не нашла. Что там было мне неизвестно, но не спирт, и не больница)
https://i.ibb.co/qD01N5J/image.jpg

У меня есть список учреждений горздарава за 1923, там ни одного из этих "адресов" нет. Есть "больница при концлагере (Военный городок)".

Ну и в записях есть про 1919 "Документы (протоколы, смета, переписка) о строительстве инфекционных больниц в г. Новониколаевске, о борьбе с эпидемией тифа в городе", но я и из документа не поняла, это план или факт:

Больница около ипподрома – 250 коек
Ельцовская слобода – 200 коек
Вокзальная часть в 2 местах 2 корпуса на 300 коек
Закаменская часть – против Алтайского вокзала – 1 корпус на 250 коек

Последний пункт нам вроде подходит.

Отредактировано secretlass (07-08-2022 11:29:47)

+1

175

secretlass написал(а):

Последний пункт нам вроде подходит.

Ага, подходит.

secretlass написал(а):

Я не большой спец по спиртовым делам, но казенные винные склады, вроде, спирт не производили, а просто принимали от производителей, разливали по бутылкам и лепили акцизы, тогда склад на Трактовой сложно назвать фабрикой. Но больные могли этого и не знать.

Да, это понятное дело, что под спиртзаводом можно разное понимать, связанное с производством. Вроде, как на винных складах и очистку спирта производили до нормы, т.е. там не только разливали водку.
Вообще, немного странно, что винный склад построили довольно далеко от железной дороги. Алтайской ж.д. тогда ведь ещё и в планах не было.
Телегами доставляли туда спирт, получается. От пристани, наверное.

secretlass написал(а):

Склады на Большевистской в справочниках 1924 и 1931 я не нашла. Что там было мне неизвестно, но не спирт, и не больница)

Ну, если не спирт, и не больница, то значит - тюрьма. )

Отредактировано VECTOR (07-08-2022 12:12:00)

0

176

VECTOR написал(а):

Ну, если не спирт, и не больница, то значит - тюрьма.

Ага, и как водится в городских легендах - сразу со следами от пуль на стенах.

0

177

secretlass написал(а):

сразу со следами от пуль на стенах.

Это - да!
Подвалы бывшего винного склада таят в себе много загадок. )

....
Из 1909-1919   Городская Дума в документах и материалах:

https://i.ibb.co/mJcq2rs/1909-1919-10.jpg

+2

178

VECTOR написал(а):

Из 1909-1919   Городская Дума в документах и материалах:

Точно! Ещё в ЧКтиф есть упоминание больницы на винном складе (1920) год на 250 коек. Но и Злоказовский завод они рассматривали для этого дела.

+1

179

О-о-о...  Как я отдохнул... Буду разбираться

Отредактировано golod (08-08-2022 21:49:14)

0

180

golod написал(а):

О-о-о...  Как я отдохнул...

Молча вам завидуем... )

.....................................................................

secretlass, я тут в ворохе своей макулатуры покопался.
Сейчас отсканировал кое-какие карты.
Вот 1925-й и 1935-й.
Разницу в кладбище видите сами.
Отсюда вот и следует, что вот там вот, на исчезнувшем в 1935-м большем по размерам участке и было расположено то ли кладбище военнопленных, то ли жертв тифа.
А может это исчезло изначальное Закаменское кладбище? Вряд ли.

https://i.postimg.cc/jSwdsmXH/image.jpg

Это из историко-географического атласа "Новосибирск-100", 1993:

https://i.postimg.cc/9rFkQ63G/1925.jpg   https://i.postimg.cc/Yj2R6QX7/1935.jpg

Отредактировано VECTOR (12-08-2022 21:43:42)

0

181

VECTOR написал(а):

Отсюда вот и следует, что вот там вот, на исчезнувшем в 1935-м большем по размерам участке и было расположено то ли кладбище военнопленных, то ли жертв тифа.
А может это исчезло изначальное Закаменское кладбище? Вряд ли.
Это из историко-географического атласа "Новосибирск-100", 1993

Да, я тоже эту карту видела, но на 100% в ней не уверена, увидеть бы оригинал.
До присоединения Усть-Ини (1929) официально там кладбища не могло быть, границы соблюдали. Неофициально - кто знает. Даже отвалы те же, где могли "хоронить", тоже были строго на территории города, то есть не совсем там, а вот после присоединения расползлись во все стороны.

0

182

secretlass написал(а):

Да, я тоже эту карту видела, но на 100% в ней не уверена, увидеть бы оригинал.

Только то, что есть, сами понимаете...
В общем, как мне кажется, единственно достоверной можно считать известную карту Ново-Николаевска 1915-го, где впервые появилось обозначение "концентрационный лагерь"
В царское время на карте показали бы всё без цензуры в обозначении кладбища.
Т.е. тот вытянутый прямоугольник Закаменского кладбища на плане 1915-го - и есть объединённое кладбище для всех, в том числе и военнопленных, которых к моменту создания карты было уже погребено на кладбище что-то около 4-5 тыс.
Это уже на карте советского времени не показывали эти места или просто уже разравняли там всё, поэтому и показывать на карте уже было нечего.

Отредактировано VECTOR (Сегодня 22:50:22)

0


Вы здесь » НОВОСИБИРСК в фотозагадках. Краеведческий форум - история Новосибирска, его настоящее и будущее » Новониколаевск » Концентрационный лагерь военнопленных в Ново-Николаевске (1-я Мировая)